Открытки и пожелания, календарь праздников и события, история и библиотека, каталог сайтов от webplus.info
Свежий календарь праздников и событий КАЛЕНДАРЬ  Каталог пожеланий и поздравлений ПОЖЕЛАНИЯ  Открытки ОТКРЫТКИ  Красивые обои на рабочий стол ОБОИ  Исторические очерки ИЗ ИСТОРИИ...  Все новости НОВОСТИ 

15 июля 2020, среда 00:18

№ 15132319

Новости - Россия

Новости - Россия
Новости - Россия - Наука и Новые технологии

Наука и Новые технологии

все новости раздела
с комментариями
20:46
13 Июл
ГЛОНАСС проверили селедкой (Lenta.ru)
Из морского порта Первомайский во Владивостоке по железной дороге отправили 25 тонн замороженной сельди, что позволит проверить работу оборудования, контролирующего координатно-временные и температурно-влажностные параметры груза, сообщил «Интерфакс» оператор ГЛОНАСС.
13:49
10 Июл
Танк "Армата" – принципиально новая машина (Правда.Ру)
О создании танка третьего поколения Россия заявила достаточно давно. В 2015 году боевая машина уже была впервые показана широкой публике на Параде Победы 9 мая. Тогда вечные скептики поторопились заявить, что машина-де — не просто сырая, а вообще едва ли не картонная. Критики считали, что ни заявленным двигателем в 1500 лошадиных сил, ни огневой мощью нового поколения "Армата" не обладает. Ошиблись. Впрочем, далеко не в первый раз. Танк "Армата" или Т-14 — абсолютно новый танк последнего III поколения, по словам представителя Министерства обороны России, опережает аналогичные изделия других стран на 30-40: "Леопард", "Леклерк", "Черная пантера", "Меркава", "Абрамс". Все другие танки мира строятся на базе новых бронекатов, которые так или иначе уже использовались. В то время как наш танк создается на принципиально новой платформе и с новым двигателем.
11:40
10 Июл
Россия заявила о прорыве в области СВЧ-оружия (Lenta.ru)
В ближайшей перспективе российские военные ожидают прорыв в области новейших систем оружия, в частности, сверхвысокочастотного (СВЧ), передают «Известия» заявление начальника управления перспективных межвидовых исследований и специальных проектов Минобороны полковника Сергея Панкова.
10:08
10 Июл
В США рассказали о способности Украины «взрывать российские танки в Донбассе» (Lenta.ru)
Противотанковый комплекс FGM-148 Javelin американского производства обеспечит Украине способность «взрывать российские танки в Донбассе», пишет The Drive. Согласно американскому изданию, в настоящее время в Донбассе якобы находятся 35 000 российских военных, располагающих минимум 481 танком.
15:00
09 Июл
Третий рейх. 16 историй о жизни и смерти (ПОЛИТ.РУ)
Продолжаем знакомить читателей с книгами, вошедшими в длинный список премии «Просветитель» 2020 года. 17 сентября станут известны восемь книг, которые продолжат борьбу за премию. Издательство «Аванта» представляет книгу Артёма Космарского «Третий рейх. 16 историй о жизни и смерти» . Третий рейх всегда вызывал и вызывает по сей день множество споров. Однако мощь его системы власти, как правило, не ставится под сомнение. Но была ли эта система столь сильной и организованной на самом деле? Как она работала? Каким потенциалом обладала и какие перспективы ее ожидали? И главное — как в нее встраивались обычные люди? Книга антрополога и научного журналиста Артёма Космарского состоит из серии очерков, в основе которых лежат материалы новейших исследований. Эти истории о жизни и смерти, собранные вместе, создают удивительный эффект: они позволяют увидеть систему власти в Третьем рейхе изнутри и найти ответы на вопросы, многие из которых в нашей стране пока не принято обсуждать. Предлагаем прочитать фрагмент главы «Блицкриг на футбольном поле: как в Германии перестраивали спорт на национал-социалистический лад».   Еврейская и пацифистская система «дубль-вэ» В декабре 1940 года рейхсшпортфюрер (имперский спортивный руководитель) и председатель обоих союзов физкультуры рейха (Имперского и Национал-социалистического) Ганс фон Чаммер унд Остен, который сам был неплохим футболистом и страстным болельщиком, опубликовал в нескольких газетах манифест об идеологической перестройке спорта и прежде всего футбола. Реакция последовала незамедлительно. В этом же году баварский шпортберейхсфюрер (местный партийный уполномоченный по делам спорта) Карл Оберхубер выступил с инициативой по милитаризации футбола и превращению игры в агрессивный блицкриг, достойный победителя в европейской войне. Он родился в семье фельдфебеля, батальонного секретаря, в 1900 году, провел детство в казармах Ингольштадта, окончил реальное училище и ушел добровольцем на Первую мировую войну. Уже в 1922 году он вступил в НСДАП, стал штурмовиком (членом СА) и даже успел поучаствовать в Пивном путче — правда, не шел за «кровавым знаменем» [1] , а всего лишь разбрасывал листовки из кузова грузовика. Средства к существованию Оберхубер добывал, работая в различных мелких фирмах. В 1920-е его посадили за хулиганство, но в 1930-х годах по протекции всесильного гауляйтера (высшего руководителя НСДАП областного уровня), а также министра внутренних дел Верхней Баварии Адольфа Вагнера он выбился из грязи в князи и к 1937 году вырос до руководителя местного отделения Немецкого имперского союза физической культуры, правительственного надзирателя за спортом и начальника штаба самого гауляйтера. Главным врагом Оберхубера оказалась тактическая схема с тремя защитниками («W-M», или «дубль-вэ»). Эта система, изначально английская, утвердилась в немецком футболе уже в конце 1920-х годов. Случилось это в результате изменений в правиле офсайда, принятых ФИФА в 1925 году с целью сделать игру более зрелищной (за счет увеличения результативности). Согласно изменениям, игрок не был вне игры, если в момент передачи мяча (на него) перед ним стояло как минимум два футболиста (то есть в большинстве случаев — вратарь и один защитник). До этого правило предусматривало трех игроков. Таким образом, защитники теперь действовали на свой страх и риск, ведь за ними находился только вратарь. В результате число забитых мячей в матчах английской лиги выросло почти на треть. В ответ на эти нововведения легендарный тренер «Арсенала» Герберт Чепмен и придумал схему «дубль-вэ»: он решил оттянуть центрального полузащитника в центр обороны и играть в три защитника. Хотя правило о положении вне игры нельзя было изменить без одобрения ФИФА, Оберхубер всё равно жаждал построить агрессивный футбол и не только вернуть центрального защитника в середину поля, но и играть шестью или даже семью форвардами. Впрочем, при всей революционности риторики баварца, по сути, он предлагал повернуть время назад, к футболу его юности, когда нападающие всей массой толклись у ворот соперника. Спортивная пресса рейха с энтузиазмом восприняла идеи шпортберейхсфюрера. Схема с тремя защитниками шельмовалась как иностранная, английская, пацифистская, демократическая или даже еврейская. «Когда армия Гитлера сокрушила великие державы в атаках беспрецедентной силы, афоризм "Нападение — лучшая защита" наполнился новым смыслом — именно применительно к футболу», — писал Оберхубер в своем манифесте. Нападение и оборона Надо сказать, что образы блицкрига в спорт привносили не только партийные функционеры. Победоносные кампании 1939–1940 годов были так раскручены пропагандой, что их пафос проник не только в фильмы и радиопередачи, но и в футбольные репортажи. Например, сенсационную победу венского «Рапида» над «Шальке 04» (Гельзенкирхен) в финале Бундеслиги со счетом 4:3 один комментатор назвал «кровавой бойней на поле». Ему вторил другой: «Это был блицкриг в истинном смысле слова, голы ударяли как молнии». Действительно, нападающие «Шальке 04» забили два гола в самом начале матча, а остальные пять мячей, из которых немецкой команде принадлежал уже лишь один, влетели в сетку ворот за первые 14 минут второго тайма. Атакующий стиль двух клубов стал для прессы подтверждением правильности реформы Оберхубера. Однако милитаристские образы взяли на вооружение и ее противники: в футболе, как и на войне, для победы требуется не только мощное нападение, но и эффективная защита — «зенитные батареи» и «линия Зигфрида», — утверждали они. Отдельного упоминания заслуживают (непредсказуемые) исторические параллели между инициативой Оберхубера и планами Гитлера. Манифест был опубликован в конце декабря 1940 года, как раз когда в обстановке секретности был утвержден план «Барбаросса» (Директива № 21). В отличие от неожиданно удачного блицкрига французской кампании 1940 года, который в реальности являлся чистой импровизацией, в план нападения на СССР Гитлер и его генералы изначально закладывали идею молниеносной войны. Кроме того, «образцово-агрессивный» матч между «Рапидом» и «Шальке 04» прошел как раз 22 июня 1941 года. Болельщики, собравшиеся на берлинском стадионе, заслушали официальное сообщение о начале войны с Советским Союзом [2] . Реванш рейхстренера У шпортберейхсфюрера нашелся сильный противник — глава национальной сборной Йозеф Хербергер. Трехлетний конфликт из-за того, каким должен быть футбол Третьего рейха, вообще не упоминается в биографиях Хербергера, который сделал блистательную карьеру уже в ФРГ. В 1954 году он привел западногерманскую команду к чемпионскому титулу на Кубке мира: в финальном матче немцы победили великолепных венгров со счетом 3:2 (знаменитое «Бернское чудо»). Как и Оберхубер, Хербергер прошел окопы Первой мировой — но не добровольцем, а призывником. Никакого энтузиазма по поводу войны он не испытывал, наград и повышений не получил, служил радистом вдали от линии фронта, играл за военные клубы и часто брал увольнительные, чтобы участвовать в матчах. Во время Второй мировой войны, уже став тренером, Хербергер вспомнил этот опыт и старался не допускать отправки профессиональных футболистов на фронт, а также крайне скептически относился к милитаризации спорта. Рейхстренером бывший игрок «Мангейма» и берлинской «Теннис Боруссии», получивший высшее спортивное образование, стал в 1936 году, после поражения сборной на берлинской Олимпиаде. Для продвижения своих идей Оберхубер главным образом «окучивал» немецкую и австрийскую прессу. Он лично созванивался с редакторами специализированных изданий и спортивных рубрик в крупных газетах, продвигал статьи, интервью и устраивал фотосессии со своими сторонниками. Берлинская «Футбольная неделя» даже поместила материал «Баварская революция против "дубль-вэ"» на первую страницу. Однако и в, казалось бы, тоталитарном государстве многие средства массовой информации активно оспаривали ценность такой реформы, защищая старую систему и высмеивая Оберхубера. Хербергер также отстаивал свои позиции в прессе и новую тактическую революцию развивать отказался. Дискуссии достигли такого накала, что уже весной 1941 года рейхсшпортфюрер вообще запретил публично обсуждать этот вопрос. И всё же декларациями Оберхубер не ограничивался. Еще в 1939 году он бросил вызов тренеру сборной, организовав на слете баварского отделения НСДАП показательный матч между «атакующей» баварской командой и немецкими «оборонцами» Хербергера. Но превосходство «революционной» тактики доказать не удалось: под молниями и проливным дождем немецкая сборная обыграла противников со счетом 6:5. После такого фиаско Оберхубер ограничился административными методами борьбы: он угрожал Хербергеру не пустить баварских игроков в национальную команду и даже обещал создать из них отдельную сборную. Кроме того, он бойкотировал тренировки юных футболистов из гитлерюгенда, которыми заведовал рейхстренер. Вершиной успехов Оберхубера была кампания по замене Хербергера на более «правильного» тренера при отборе талантливых гитлерюгендовцев весной 1941 года. В 1941 году Оберхубер начал давить на руководителей баварских клубов, призывая их к более атакующему футболу и, в частности, уговаривал мюнхенскую «Баварию» играть без центрального защитника Людвига Гольдбруннера. На словах футбольное начальство страны поддержало реформу, однако на практике все предпочитали испытанное построение «дубль-вэ» — к радости Хербергера и его сторонников. Два оппонента столкнулись и в подготовке игроков, которых переводили из баварских команд в национальную сборную, где система «дубль-вэ» сохранилась. Игрок сборной Андреас Купфер перестал выступать за родной клуб «Швайнфурт 05», объяснив это несовместимостью тактики. А во время игры со сборной Румынии Оберхубер не дал выйти на поле переднему защитнику Георгу Кеннеманну из «Нюрнберга», потому что его уже «переучили» на атакующего центрального полузащитника. Нужно понимать, что Оберхубер хотел не просто поменять тактику игры профессиональных футболистов. Он (и его соратники в руководстве страны) надеялся изменить облик спорта как такового и превратить его из развлечения в средство подготовки идеальных солдат. Начавшаяся война была для него не случайным эпизодом, а идеальным завершением, воплощением сути Третьего рейха. «Нам нужно тренировать воинов, а не виртуозов голов и пасов», — писали функционеры. «Футбольный блицкриг» требовал новых методов тренировки, и главную роль в них должен был играть бокс — единственный спорт, в любви к которому признался Гитлер в «Майн кампф» [3] . Та игра, что хотели видеть Хербергер и Немецкий футбольный союз, где важная роль отводится выстраиванию защиты, — это наследие бессильной пацифистской эпохи Веймарской республики. Декретом Вагнера баварским футболистам предписывалось проходить полный цикл обучения, начиная со школы: спортивная подготовка под эгидой гитлерюгенда, потом игра в клубах, где будущие футболисты научатся играть в нападении, приобретая необходимую агрессивность на боксерском ринге, а выносливость — в легкоатлетических соревнованиях. Наконец, свое завершение карьера идеального немецкого футболиста должна была найти на полях сражений. Но напор и радикализм Оберхубера в итоге обернулись против него: он настолько яростно насаждал новую систему и открыто бойкотировал национальные мероприятия, что уже в октябре 1941 года Ганс фон Чаммер унд Остен лишил его всех спортивных должностей (партийные и государственные посты Оберхубер сохранил). Вторая мировая война, подарившая баварцу саму идею «футбольного блицкрига», разрушила его планы: Гитлер и Геббельс отложили все реформы по нацификации спорта (например, ликвидацию и слияние клубов, усиление военной подготовки), во многом чтобы не деморализовать многочисленных спортсменов, находящихся на фронте. Кроме того, спорт нужен был руководству рейха прежде всего как зрелище — он помогал отвлечь население от бремени войны, — и безумные тактические реформы пришлись совсем уж не ко времени. Это и позволило дипломатичному Хербергеру обойти «идеологически правильного» Оберхубера. Уже во время войны тренер с иронией отзывался об амбициях баварца. Самые славные страницы тренерской карьеры Хербергера были впереди, в послевоенной Германии. А Оберхубер, хотя и избежал наказания за свою деятельность в рядах НСДАП, не сделал успешной карьеры и до самой смерти в 1981 году зарабатывал на жизнь, продавая молочные коктейли с тележки около мюнхенского собора Фрауэнкирхе. Ранее в рубрике «Медленное чтение» были представлены следующие книги, вошедшие в длинный список премии «Просветитель» 2020 года. Воскобойников Олег. Средневековье крупным планом. — М.: Бомбора, 2020. Егоров Виталий. Люди на Луне: Главные ответы. — М.: Альпина нон-фикшн, 2020 . Кукушкин Николай. Хлопок одной ладонью. Как неживая природа породила человеческий разум. — М.: Альпина нон-фикшн, 2020 . Лосева Полина. Против часовой стрелки. Что такое старение и как с ним бороться. — М.: Альпина нон-фикшн, 2020 . Никифорович Григорий. От оргазма до бессмертия. Записки драг-дизайнера. — Минск: Дискурс, 2019 Соколов Александр. Странная обезьяна. Куда делась шерсть и почему люди разного цвета. — М.: Альпина нон-фикшн Попов Сергей. Все формулы мира. — М.: Альпина нон-фикшн, 2019 . Ревзин Григорий. Как устроен город. — М.: Strelka Press, 2019. Чупринин Сергей. Оттепель: События. Март 1953 — август 1968 года. — М.: Новое литературное обозрение, 2020 . Яблоков Илья. Русская культура заговора. — М.: Альпина нон-фикшн, 2020 . [1] Пивной путч — неудачная попытка захвата государственной власти, предпринятая НСДАП 9 ноября 1923 года в Мюнхене. «Кровавое знамя» — флаг со свастикой, который использовался путчистами. Знамя было забрызгано кровью убитых штурмовиков, в честь чего и получило свое название. Стало одним из атрибутов нацистской власти. [2] Это было повторное сообщение, первое германское радио сделало еще рано утром. — Примеч. ред. [3] Существует, впрочем, ничем не подтвержденный слух, что фюрер все-таки болел за «Шальке 04». — Примеч. ред.
15:00
08 Июл
Средневековье крупным планом (ПОЛИТ.РУ)
Продолжаем знакомить читателей с книгами, вошедшими в длинный список премии «Просветитель» 2020 года. 17 сентября станут известны восемь книг, которые продолжат борьбу за премию. Издательство «Бомбора» представляет книгу историка Олега Воскобойникова «Средневековье крупным планом» . Книга профессора Воскобойникова расскажет, чем люди, жившие много веков назад, отличались от нас, а чем были похожи, откуда черпали вдохновение, как любили, как выстраивали иерархию власти, как воевали и что служило причиной конфликтов, как и почему одни события оказались предпосылками перемен, а другие ничуть не меняли ход истории. Предлагаем прочитать фрагмент главы, посвященной средневековой войне.   Цивилизация, рожденная Великим переселением народов, была цивилизацией войны, агрессии и жестокости. Воинственность варваров стала притчей во языцех римлян эпохи упадка, потому что их собственная воинственность к тому времени давно стала историей. Взглянем хотя бы бегло на новую ономастику — имена, унаследованные современной Европой не от римлян и греков, а от германцев: Бодри (Bald-rik, смелый и могущественный), Ришар/Ричард (Rik-hard, могущественный и отважный), Вильгельм/Гильом (Wile-helm, воля и шлем), Жерар/Герхард (Ger-hard, сильное копье), Матильда (Machthildis, могучая на войне), Клотильда (Chlote-hildis, славное сражение), Людовик/Льюис (Chlodo-wed, славный бой), Герберт (Chari-bercht, блистающий в войне). Латынь быстро заполнилась варварской военной лексикой, что опять же неудивительно. Достаточно вспомнить, что англ. war, фр. guerre, итал. и исп. guerra — все восходят к франкскому слову werra — «распря», «потасовка», — сменившему с X века доброе латинское слово bellum. И всё же война была и, к сожалению, остается традиционным способом разрешения конфликтов на всех уровнях. Поэтому, чтобы увидеть средневековую специфику, нужно сделать несколько предварительных оговорок. Мы уже знаем, что неуверенность в завтрашнем дне, чувство опасности и нестабильность вообще веками оставались нормой жизни в Средние века. Это объясняет, почему применение силы и оружия считалось приемлемым как для умиротворения и восстановления порядка за рубежами христианского мира, так и внутри — среди своих, с чем-то не согласных. С другой стороны, если приглядеться к истории конфликтов и битв, можно констатировать следующее. Если в X–XI веках силой меряются без какого-либо видимого контроля сеньоры и их дружины, то в дальнейшем этому хаосу противостоят сначала Церковь, затем собственно феодальный мир и, наконец, король. Парадокс в том, что подавляющее большинство средневекового населения, по крайней мере формально, безоружно, война как социальная функция принадлежит исключительно знати, вооружение и военное искусство — не просто обязанность, но и обязанность дорогостоящая. Люди делятся на вооруженных немногочисленных воинов — milites, и многочисленных невооруженных, следовательно, беззащитных, крестьян — rustici. Те немногие, кому оружие доступно по статусу, решают всё, кроме отношений с небесами, на которые, впрочем, тоже влияют самым непосредственным образом, потому что клир по большей части пополнялся за счет той же феодальной знати. Место в военной иерархии совпадало с иерархией социальной и политической, а объем обязанностей и почестей, связанных с войной, был прямо пропорционален размеру феода. Все феодальные структуры, будь то графство, город, епископство или значительный монастырь, обязаны были своему сюзерену так называемой «помощью», лат. auxilium: поставить по зову определенное число вооруженных конников и пехотинцев. Право же на такой зов называлось баном. Тем же термином, к которому восходит современное слово «банальный», обозначали целый ряд других феодальных привилегий, потому что германский глагол bannan, родственный нашему «баить», понимали как приказ, невыполнение которого грозило карой. Как нетрудно заметить, даже в общих чертах такая система мало чем похожа и на римские легионы, и на профессиональные армии Нового времени. Однако конец Средневековья, в особенности последний этап Столетней войны и Итальянские войны, ознаменован возникновением регулярных армий. А это значит, что за прошедшие столетия общество вновь, как в Античности, научилось управлять военной силой с помощью политики, права и морали. Из привилегии знати война превратилась в рычаг на службе интересов государства. В какой-то степени это выделение войны в специальную сферу политики, ее относительную рационализацию, можно считать и концом «воинственного» Средневековья. Однако не стоит думать, что привязка войны к государству, как на уровне этики, так и на уровне права, стала абсолютной, по крайней мере, при Старом порядке, до XIX века. Возрождение военной науки, трактаты, академии, стратегия и тактика — всё это относится к Новому времени. Поэтому велик соблазн просто видеть в средневековых особенностях ведения боев и в представлениях о войне тысячелетний провал между римской Античностью с ее устойчивой системой и регулярными армиями Нового времени. Развитая военная наука и техника предполагают огромные материальные ресурсы и централизованную власть с непомерными амбициями. То и другое после падения Рима сохранилось лишь в Византии. Запад же действительно в теоретическом плане надолго признал свое несовершенство по отношению к наследию древних. На протяжении столетий копировали на латыни, а потом переводили на новые языки трактат Вегеция «О военном искусстве», написанный в IV–V веках. Но больше ничего. О том же преклонении говорит и то, что в настоящих героях числили не своих королей, хотя и ждали от них подвигов, а Александра и Цезаря. Первые Каролинги — Карл Мартелл, Пипин, Карл Великий — скорее всего, не были великими военачальниками в том смысле, в котором мы числим среди них того же Александра Македонского, Рокоссовского или Наполеона. Но и рыцарей Круглого стола и даже первых крестоносцев вряд ли назовешь стратегами, хотя Крестовые походы предполагали весьма сложную для своего времени «логистику». Крестовые походы и Реконкиста способствовали мифотворчеству. Неслучайно в это же время фиксируются величайшие эпические поэмы Средневековья: «Песнь о Роланде» во Франции и Англии, «Песнь о моем Сиде» за Пиренеями, «Песнь о Нибелунгах» в германских землях. Последняя, хотя и посвящена эпохе готов и гуннов, говорит на языке воинственного рыцарства XII–XIII веков. Другие песни о деяниях (по-французски — «жесты») и рыцарские романы прославляли мужество героев реально существовавших, давних и новых, либо в литературных персонажах выводили идеалы и конфликты, понятные тому же рыцарству. Государи по-прежнему оказывались в них на вторых и третьих ролях, их поведение оставалось амбивалентным. Но постепенно формировался героический канон, на который можно было равняться. В начале XIV века Жак де Лонгийон выразил специфическое историческое сознание рыцарства с его представлениями о чести в образе «девяти бесстрашных», фр. les neuf preux. В него вошли три ветхозаветных военачальника (Иисус Навин, царь Давид и Иуда Маккавей), три античных язычника (Гектор, Александр и Цезарь) и три, если можно так выразиться, «своих» — Артур, Карл Великий и Готфрид Бульонский. Этот пантеон стал предметом литературного и художнического воображения: в компании персонификаций наук, пророков, курфюрстов и Отцов Церкви мы увидим всю «великолепную девятку» на Прекрасном фонтане в Нюрнберге (1385–1396). Средневековые ценители древностей, во всем любившие симметрию, вскоре присовокупили к мужам — жен, не имевших к ним никакого отношения, но не менее героических, как казалось мифографам-историкам. Велик был соблазн и живым присоединиться к древним, искупавшись в лучах их славы: числить среди предков героя Реконкисты или Крестового похода было почетно. Достаточно вспомнить, как крестоносец Каччагвида, предок Данте, один из самых величественных персонажей его «Рая», из своего прекрасного далека, словно «отец, пекущийся о чаде», предрекает ему горькую судьбу изгнанника (Рай, XVII, 34–99). В начале XV века поэт Эсташ Дешан нарек десятым «бесстрашным» своего соотечественника и современника коннетабля Бертрана дю Геклена. На ту же роль не слишком успешно прочили после реабилитации сожженную за ведовство Жанну д’Арк. Все восемнадцать шествовали перед Генрихом VI во время его вступления в Париж в 1431 году. Бургундские герцоги, с большим рвением собиравшие христианские реликвии, так же бережно хранили реликвии рыцарские, героические, а один из парадных мечей носили в ножнах из рога единорога (то есть нарвала). Всё это действительно продукты воображения, а не наука, мифотворчество, а не история. Но если взять на себя труд прочесть тысячи страниц средневековых хроник, писем, того же эпоса или рыцарского романа, картина усложнится. Почти все хроники до XIII века написаны монахами, но и в них мы найдем свидетельства рутинной работы по организации военных действий, от доставки фуража и финансирования до изготовления осадных орудий. За этими письменными свидетельствами стоит трудноуловимая устная традиция. Отчасти она сохранила военные обычаи римлян, отчасти, напротив, германцев, которые в целом мало что могли противопоставить мощи и выучке легионов. Войны Нового времени мы можем изучать даже по картам, от Средневековья ничего подобного не дошло: скорее всего, никому и не приходило в голову колдовать над портуланами или паломническими итинерариями, планируя атаку. По крайней мере, до XV века. Однако это не значит, что рыцари не умели провести разведку и вообще осмыслить то, что сегодня называется театром военных действий. Оказавшись сегодня в какой-нибудь области, которую обошел стороной промышленный бум XIX–XX веков, мы нередко обнаруживаем настоящую систему оборонительных сооружений, поражающих своей сложностью, даже если западное Средневековье не знало ни Великой Китайской стены, ни тянувшегося на сотни миль римского лимеса. Завоевавшие и освоившие Апеннинский полуостров лангобарды заперли Альпы системой «клауз», clausae, что можно перевести попросту как «гарнизоны». И хотя они не спасли лангобардов от франков, именно замки стали основой военной организации средневековой Европы. И построить, и содержать непрерывную пограничную сеть укреплений могло лишь крупное государство. Поэтому немногочисленны протяженные фортификации Средневековья: в VIII веке король Мерсии Оффа возвел вал против бриттов Уэльса, частично сохранившийся до наших дней, чуть позже Карл Великий провел «Саксонский рубеж» против ободритов. Но правилом подобные начинания не стали. В Средние века само понятие границы, столь привычное и нам, и римлянам, размылось. Это не значит, что о «рубежах» не думали вовсе. Рубежные области стали называть на германский манер марками. Им отводилась буферная роль, и исходя из нее они управлялись. Замки разных размеров выстраивались зачастую вдоль путей, по которым могли пройти войска: никакому завоевателю не нужен был даже небольшой отряд противника в тылу, и он вынужден был оседать около каждого такого замка, если тот готов был оказать сопротивление и не сдавался без боя. В позднее Средневековье узкая долина реки Аоста, ведущая из Паданской равнины к Монблану и перевалам, покрылась сетью небольших замков, крепких орешков, одни из которых стояли внизу, другие ютились на скалах. Такие орлиные гнезда стали поэтому называть рокками. И во многих других землях каменные замки с X века стали формировать пейзаж как в стратегически важных зонах, так и в целых исторических областях. Граф Шампани, как считается, мог позволить себе на территории своих владений каждый день ночевать в новом замке: роскошь, вряд ли доступная в XII веке даже королю. Кастилия и вовсе получила свое имя от слова «замок», а сам процесс феодализации в некоторых странах Запада, особенно во Франции и Италии, называют озамкованием, по-итальянски — incastellamento. Если бы мы могли увидеть не то, что сохранила история, а именно систему замков, скажем, Тосканы или Шотландии в момент расцвета, веке в четырнадцатом, мы убедились бы в том, что без всяких карт и трактатов средневековые бароны, графы и герцоги научились управлять подвластным им пространством по вертикали и горизонтали, на равнине и в горах, на суше и, что не менее удивительно, на воде. Не боясь анахронизма, назовем это явление своеобразным инстинктом «оперативного простора», выработанным поколениями. Переезжая сегодня на машине или автобусе из замка в замок по кем-то проложенному туристическому маршруту, мы не сразу догадаемся, что дороги и пешие тропы прокладывались как раз из стратегических соображений. За руинами, восстановленными, посещаемыми или заброшенными, стоит человеческая жизнь: подводы, связь, оборона окрестных земель, спасение местных жителей от природных и рукотворных катаклизмов. Любой замок должен был вместить окрестное крестьянство в годину бедствий, иногда надолго. Выполнение подобных функций вызвало к жизни технический прогресс, о котором мы уже частично толковали. Коснулся он и военной мысли, даже если фиксировать ее начали лишь в XIV–XV веках. Ранее в рубрике Медленное чтение были представлены следующие книги, вошедшие в длинный список премии Просветитель 2020 года. Егоров Виталий. Люди на Луне: Главные ответы. — М.: Альпина нон-фикшн, 2020 . Кукушкин Николай. Хлопок одной ладонью. Как неживая природа породила человеческий разум. — М.: Альпина нон-фикшн, 2020 . Лосева Полина. Против часовой стрелки. Что такое старение и как с ним бороться. — М.: Альпина нон-фикшн, 2020 . Никифорович Григорий. От оргазма до бессмертия. Записки драг-дизайнера. — Минск: Дискурс, 2019 Соколов Александр. Странная обезьяна. Куда делась шерсть и почему люди разного цвета. — М.: Альпина нон-фикшн Попов Сергей. Все формулы мира. — М.: Альпина нон-фикшн, 2019 . Чупринин Сергей. Оттепель: События. Март 1953 — август 1968 года. — М.: Новое литературное обозрение, 2020 . Яблоков Илья. Русская культура заговора. — М.: Альпина нон-фикшн, 2020 .
НовостиНовости
НовостиНовости
УкраинаНовости - Украина
РоссияНовости - Россия
Каталог сайтов КАТАЛОГ САЙТОВ 
Если Вас заинтересовал наш проект и у Вас есть предложения или пожелания, которые могли бы улучшить его для Вас и нашей аудитории, напишите нам. Если Вы рекламодатель или готовы выступить в качестве спонсора этого проекта, будем рады ознакомиться с Вашими предложениями

Форма обратной связи

полная версия страницы